Dressgold.ru

Женский интернет журнал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Что вредит волосам. Мнения экспертов о воспитании, развитии личности и психологии отношений В вашем браузере не включен Javascript

«В отношении к ребенку невозможен формальный подход»: психолог — об устаревших идеях в воспитании

«В отношении к ребенку невозможен формальный подход»: психолог — об устаревших идеях в воспитании - слайд

В воспитании детей мы часто опираемся на опыт наших родителей. Однако многие идеи и принципы, которые стояли во главе угла раньше, давно устарели. Мы попросили Викторию Шиманскую, доктора психологии и ведущего специалиста по эмоциональному интеллекту в России, основателя SKILLFOLIO — цифрового университета диагностики и развития EQ и Soft Skills — рассказать, о каких вещах на самом деле не стоит переживать современным родителям.

А 24 мая в 19:00 Виктория проведет бесплатный вебинар «Самое ценное. Чему на самом деле научить ребенка, чтобы он вырос счастливым».

Запрет на эмоции

Идея о том, что любые бурные проявления эмоций неприемлемы на публике, а иногда и дома, передается из поколения в поколение. Так воспитывали наших родителей, так они воспитывали нас: быть удобными прежде всего для общества, затем — для семьи и только потом — для самих себя. Все, что родителям было не комфортно, находилось под запретом.

Однако на самом деле это — история о том, что мы, родители, не умеем воспринимать эмоции как ресурс. И не пытаемся разобраться в причинах детских истерик и капризов.

Прежде чем запретить ребенку плакать, стоит понять, из-за чего он так себя ведет. Любая негативная эмоция на самом деле может стать источником важных знаний. Возможно, плач связан с физиологическими причинами: ребенок устал, хочет есть или пить, замерз или, наоборот, перегрелся. В этом случае наша задача — прежде всего устранить источник дискомфорта. А может быть, истерика возникла от того, что ребенок требует вашего внимания — или просто проверяет границы. Тогда поведение будет совсем другим.

В любом случае сначала нужно признать эмоцию ребенка — неважно, позитивная она или негативная. А затем вместе разобраться в причинах того, почему ему грустно. Чем раньше мы начинаем закреплять процесс проработки эмоций, тем легче малыш потом справится с этим сам.

Это и есть развитие эмоционального интеллекта, то есть способности понимать свои эмоции и управлять ими. Подчеркну — не зажимать эмоции, а именно управлять ими, сделать их ресурсом и своими помощниками.

«Искаженный Спок»

Поколение родителей, которые пытались воспитывать по Споку — это интересный феномен. И пример того, как здравые по сути своей мысли нашли неверное применение.

В подходах Спока не было многого из того, что ему ошибочно стали приписывать. Фактически он призывал не бросаться к ребенку по первому зову, а для начала разобраться в причинах плача. Но теорию исказили и свели к тому, что детей с трех месяцев нужно приучать к самостоятельности и вообще не реагировать на их плач.

В отношении к ребенку невозможен формальный подход. Мы всегда должны действовать осознанно, двигаться в глубину, разбираться в первопричинах, а не просто действовать по кем-то написанной инструкции.

Ребенок как центр Вселенной

Сейчас маятник качнулся от «искаженного Спока» к другой крайности. Мамы стали меньше работать, материальные возможности многих семей возросли, детям стали уделять больше внимания — и в результате дети начали становиться настоящими центрами Вселенной. Мамы растворяются в них, забывать о своих целях и желаниях.

«Ладно, я потерплю, зато у ребенка все будет прекрасно», — думают они.

Но это приводит к тому, что на консультации приходит все больше семей, где в пять-шесть лет дети дерутся или кусаются. Надо понимать, что если ребенок в таком возрасте может ударить маму, — это деструктивная и болезненная ситуация. И таких случаев с каждым годом становится все больше.

Выход — обозначить свои границы, установить семейные правила и ценности и дать понимание, что мама и папа — это отдельные личности. С детьми от трех лет это уже можно обсуждать и проговаривать.

«Учись на 5 — и все будет хорошо»

Часто родители пытаются снять свои страхи через внешние факторы, к которым относятся оценки. Кто из нас не слышал присказку про то, что «будешь плохо учиться — станешь дворником». Все понимают — эта установка давно устарела, однако большинство родителей все равно «цепляются» за оценки детей как за фактор, который предопределяет их успешность и счастье в будущем.

Читайте так же:
Надо ли общаться с бывшим любовником. Как вернуть любовника — психология отношений. Примирение со всеми вытекающими

Происходит подмена: ребенок получает «пятерку» — и родители успокаиваются, считая, что теперь у него все будет хорошо. Однако это не так. В современном мире оценки давно перестали быть показателем успеха.

Важнее уделять внимание самому процессу познания, выделять и развивать таланты ребенка. Пусть он не получит «пятерку» по биологии и не выучит названия всех динозавров, зато вы вместе посмотрите познавательный фильм по этой теме, найдете интересную энциклопедию или сходите в Палеонтологический музей. Иначе есть большой риск загубить мотивацию к учебе, что, к сожалению, часто происходит в школе.

Профессии правильные и неправильные

В более старшем возрасте все тот же механизм закрытия родительских страхов переносится на профессии. Считается, что среди них есть перспективные и не очень. Что если станешь программистом — все будет хорошо, а если пойдешь официантом в кафе — значит, жизнь не сложилась.

Это тоже не так. Есть огромное количество тех, кто идет в официанты, а потом открывает свои кафе и рестораны или становится классным барменом.

Правда в том, что лучше быть выдающимся барменом, чем никаким программистом. Но преодолеть этот шаблон многим родителям пока еще сложно.

Для большинства колледж, техникум или ПТУ звучит как путь в никуда. Хотя сейчас очень активно развивается среднее профессиональное образование, которое было загублено в течение долгого времени. Это принципиально меняет подход к освоению профессии. Если у ребенка есть талант в какой-то практической сфере, позвольте ему реализоваться в ней. Далеко не все родились, чтобы пойти в науку — многие отлично чувствуют себя, делая что-то руками.

9 ошибок родителей, которые могут серьезно испортить будущее их детям

Все ошибаются при воспитании детей. Мы, даже став взрослыми, не идеальны и не всегда можем понять, как наши действия выглядят со стороны и скажутся в будущем на младшем поколении. Но некоторые методы воспитания больше вредят, чем приносят пользу.

AdMe.ru решил выяснить, какие промахи часто допускают родители и к чему они приводят.

1. Воспитание или наказание перед посторонними

Бывает, папа или мама выходят из себя, кричат или даже наказывают ребенка при посторонних. И в тот момент они мало задумываются об окружающих. Но ребенок, пусть даже неосознанно, считается с мнением посторонних. И публичное наказание подрывает уверенность малыша в себе. У него возникает сильное чувство стыда, от которого очень трудно избавиться.

2. Влияние прошлого

То, что случилось в нашем детстве, накладывает свой отпечаток на отношение к воспитанию. Но это не означает, что все обречены повторять ошибки своих матерей и отцов. Важно принять тот опыт и постараться оградить следующее поколение от того негатива.

Например, сегодня известно, что телесные наказания имеют только вредные последствия. Но даже многие современные родители используют их, оправдывая себя тем, что так поступали в их семье с детьми. Мы не должны оправдывать свои неправильные поступки тем, что так делали наши «предки». Вместо этого стоит стремиться быть теми, кто разорвет цепочку негативного опыта.

3. Излишняя сдержанность

Если мы редко обнимаем своего ребенка или не говорим, что любим его, он становится эмоционально оторванным от семьи. Когда не прислушиваемся к его чувствам и мнениям, проявляем равнодушие — очень вероятно, что малыш будет вести себя так же с окружающими. Ему будет труднее с кем-то сблизиться, довериться, завести друзей и семью в будущем.

4. Вредные привычки

Не секрет, что родители закладывают образцы поведения в своих детей. И есть сильная связь между привычками матерей и лишним весом у их детей. Если женщины старались придерживаться здорового образа жизни, риск ожирения у их малышей снижался на 75 %. К полезным привычкам исследователи отнесли соблюдение правильного рациона, регулярные занятия спортом, поддержку нормального индекса массы тела, отказ от курения и употребление алкоголя в небольших или умеренных количествах.

Также вероятность ожирения у маленьких детей уменьшается на 30 %, если с ними играют и проводят больше времени отцы.

5. Гиперкомпенсация

Наши старые обиды на отца и мать могут привести к полному неприятию их методов воспитания. Даже когда взрослые объективно поступали правильно. В результате при взаимодействии уже со своими детьми мы можем выйти из-под контроля, стремясь сделать все по-другому.

Например, если наши родители были властными, то мы можем дать своим детям слишком много свободы и убрать любые ограничения. И такая реакция также скажется на малыше не лучшим образом: он почувствует себя брошенным и никому не нужным.

Читайте так же:
Взаимоотношения со взрослой дочерью. Сложные отношения со взрослой дочерью

6. Вседозволенность или суперопека

Часто родители думают, что их дочери и сыновья особенные и уникальные, и стараются во всем им угодить. Но для остального мира они всего лишь дети. И если они привыкнут к вседозволенности, то станут эгоистами, с которыми сложно даже просто общаться.

Бесконтрольных детей будет ждать множество разочарований за пределами дома, и они не будут знать, как с ними справиться. В то же время гиперопека сделает ребенка настолько пугливым, что он будет бояться брать на себя любую ответственности или даже немного выходить из зоны комфорта — вроде знакомства с новыми людьми или начала нового дела.

7. Разрушение доверия

При воспитании необходимо устанавливать определенные правила поведения, но ребенок также должен понимать, что всегда может доверять своим близким. Однако доверие малышей (тем более подростков) очень легко потерять, если родители перестают контролировать эмоции и пугают, заставляют бояться себя. Это может привести к разрыву эмоциональных связей с семьей и потере чувства защищенности.

Дети лучше развиваются и становятся здоровыми личностями, когда их семья — опора, островок безопасности, с которого они могут смело отправляться исследовать мир.

8. Агрессивное поведение

Дети учатся справляться с проблемами на примере родителей, когда те преодолевают жизненные трудности. Иногда эти трудности вызывают сами малыши. И грубое обращение взрослых с ними, частое проявление негативных эмоций в раннем возрасте приводят к сложностям с управлением гневом. Здесь особенно сильно влияние матери, конфликтующей с ребенком, но поведение отца также играет свою роль.

9. Бегство от проблем

Один из способов «закрыть» проблему — просто уйти и не вспоминать о ней. Но это не значит, что все решится само собой, как думают многие взрослые. После сильной ссоры между родителем и ребенком нужно постараться все исправить — восстановить доверие.

Для этого нужно успокоиться и поговорить на равных, уважая своего малыша. Сначала выслушать, что он почувствовал, и попытаться увидеть проблему и себя с его точки зрения. Затем взрослый должен рассказать о своих переживаниях, объяснить причину своего взрыва и извиниться. Так он покажет ребенку, что не стал новым врагом и ему снова можно доверять.

Вы узнали о воспитании что-нибудь новое? Совершали ли подобные ошибки и как их исправляли? Расскажите нам в комментариях.

Если грехи — результат наследственности или окружения, разве я в них виноват? — отвечает священник

Наша предрасположенность, или, как это часто называется в аскетической литературе «удобопреклонность» ко греху есть следствие первородного греха, повлекшего за собой поврежденность человеческой природы. В этом смысле все наши грехи — результат наследственности, потому что, — пишет апостол Павел в нем (Адаме — прим.) все согрешили (Рим. 5:12). Но одновременно грех — это всегда свободный выбор индивидуума, вольного поступить именно так, а не иначе.

Безусловно, на психотип человека оказывает влияние то, что и как вкладывают в него родители при воспитании, а совокупность его психических качеств складывается в результате взаимодействия психотипа и окружающей среды, которые начинаются еще до рождения. Так, стресс матери во время беременности нередко вызывает у ребенка эмоциональную дисфункцию. В последующем он может стать замкнутым, нерешительным, а значит быть подверженным унынию и отчаянию.

Но разве хотя бы один человек свободен от воздействия наследственности и психосоциального окружения? Каждый из нас испытывает на себе влияние семейных родительских паттернов, школьных друзей, тренера по футболу. Все, что мы приобретаем — и хорошего, и дурного — формирует нашу личность с ее индивидуальными особенностями, жизненными ценностями, приоритетами и качествами. Личность, которая обладает одним неуничтожимым свойством — свободой выбора. Последний всегда остается за нами. Перекладывая ответственность за наши мысли, намерения и поступки на что-то, находящееся вне нас — в психологии это называется внешний локус контроля — мы складываем руки, перестаем трудиться и признаем себя бессильными перед обстоятельствами, наследственностью, генами. Позиция, возможно, и удобная, но непродуктивная.

Теперь что касается греха. На самом деле не так важно, склонность к каким грехам мы приобрели в процессе нашего пренатального развития, а затем воспитания и взросления: страсть к выпивке, потому что отец был алкоголиком, ложь и подозрительность из-за того, что в семье царила соответствующая атмосфера, или высокомерие и презрение к людям, поскольку с детства привыкли сорить деньгами и не знали ни в чем отказа. Любой грех, даже социально приемлемый и самый, казалось бы безобидный, отделяет нас от Бога. В этом его пагубность.

Читайте так же:
Как доминировать в отношениях с девушкой? Как мужчине быть лидером в отношениях

Грех в православии рассматривается не в категориях вины и наказания. Он — болезнь души, которую нужно лечить. А если так, то какая разница, кто виноват в том, что моя душа больна? Если я вижу в себе грех и чувствую, что он мешает мне приблизиться к Богу и стать счастливым, какой смысл искать виноватого? Это мой недуг и мне его лечить.

С осознания этого начинается покаяние — то есть процесс изменения внутреннего греховного устроения. Человек осознает свою греховность, сожалеет о ней, начинает ненавидеть свой грех и бороться с ним. Его старания вместе с раскаянием и твердым желанием оставить прежнюю жизнь привлекают милосердие Божие. И результатом этой синергии — сочетания духовных усилий кающегося грешника и благодатной помощи Божией — становится избавление от греха и исцеление души.

Не Господь наказывает нас за грехи. Совершая грех, мы сами наказываем себя тем, что удаляемся от Бога — источника подлинного счастья. Поэтому вместо того, чтобы искать виноватого, надо постараться трезво осознать свое духовное состояние и начать меняться к лучшему.

Почему все увлеклись психологией

Однажды утром я проснулся, а вокруг одни психологи. Очень многие мои друзья и знакомые, кажется, что большинство, стали психологами. Те, кто не стал психологами, стали коучами. Самые дальновидные стали теми, кто учит психологов и коучей и выдает им все необходимые международные сертификаты.

Я проснулся и очутился среди арт-терапевтов и экзистенциальных коучей, нарративных практиков и семейных консультантов, гештальт-терапевтов и тренеров осознанности. Даже те, кто не может стать терапевтом из-за объективных сдерживающих обстоятельств, тоже читают Гиппенрейтер, осознают неосознанные чувства и волнуются по поводу экологичности своих отношений. В этой заметке я хотел бы поделиться своими догадками о том, что же все-таки произошло, пока я спал.

Ирвин Ялом, американский психиатр и психотерапевт

Все вышеперечисленные направления консультирования обозначаются термином «гуманистическая психология». Любопытно, что заинтересовала наших современников не какая-нибудь глубинная психология Фрейда или Юнга и не серьезные научные парадигмы пятифакторной модели личности, используемые в научно-ориентированной психологии, а именно то, что называется «гуманистическим» направлением. Почему именно это направление так ушло в народ и так быстро захватило умы людей? Люди читают и, с трудом отрываясь от книжки Маслоу, Роджерса, Франкла, Мэя, Бьюдженталя, Перлза, Ялома, Василюка или Лэнгле, говорят: «Вот оно! Все правда, это все так, и это все обо мне».

Что убедило этих людей?

Первая моя мысль была, что их убедили научные исследования современной психологии. Но нет, я не угадал.

Ни одна дисциплина гуманистической психологии не имеет какой-либо доказательной базы за своими основными утверждениями. Как и в любой области гуманитарных знаний, мы можем иметь здесь исследование, но оно не будет что-то доказывать, а будет выявлять внутренние противоречия в рамках уже принятой установки. Гуманистическое направление — это публицистика, как бы обидно это ни прозвучало для кого-то. Просто потому, что непонятно, как измерять чувства и ценности в условиях научного эксперимента и отсутствия единой теории эмоций и личности как таковой.

Однако для очень многих людей, интересующихся гуманистическим многообразием психологии, почему-то представляется практически фактом, что подавление чувств очень вредно, или что «эмоциональный интеллект» существует, и его можно развить, а работать лучше всего в состоянии «потока». Почему люди во все это поверили? И почему сила этой веры так велика?

Федор Василюк (1953–2017), доктор психологических наук

В реальности, конечно же, ничего из вышеперечисленного не имеет научного обоснования. Нет ни одного строго научного подтверждения влияния сдерживания чувства гнева на вероятность возникновения болезней. Есть вполне научный термин «интеллект», и его можно измерить в условиях очень строгого эксперимента, но нельзя измерить «социальный интеллект». Нет такого состояния «потока», на которое вы могли бы сослаться в научной работе. Нет «стадий горя», которые переживают люди, испытывающие горе. Все эти и подобные вещи принимаются на веру не из-за того, что они как-то подтверждены непреложными научными аргументами. В чем тогда их доказательная сила? Не в научной обоснованности, и поэтому нужно разбираться дальше.

Читайте так же:
Почему женщина хочет одиночества. Семь типов женщин-одиночек. Вы сами не понимаете, зачем вам отношения

Сразу стоит сказать, что то, что не имеет научного подтверждения или доказательства, не является ложным или ошибочным по умолчанию. Строгая вненаучность и слабая доказательная база гуманистической психологии интересует нас не ввиду удобной возможности критики принципов этой психологии, а лишь постольку, поскольку мы должны убедиться, что не само по себе научное мировоззрение захватило сознание новых психологов, а что-то другое. Что же тогда привлекает в этом направлении, если не доказанная истина ее утверждений?

Я бы сформулировал причину этой привлекательности следующим образом:

Основные тезисы, постулируемые психологами гуманистического направления, помогают людям сохранить ощущение уникальности и значимости собственной личности в условиях мира, в котором значимость личности больше не может основываться на знании, мастерстве или силе, а наибольшую значимость де-факто общество приписывает не личности, а групповым формам идентичности.

Здесь все нуждается в пояснении, особенно то, почему я решил, что в нашем сверхиндивидуалистическом обществе наибольшей значимостью обладает группа, а не личность. С этого и начнем.

Как личность вы теперь бесполезны

Главное утверждение нашего общества в целом и психологов гуманистического направления в частности: личность — это самое ценное, что есть в нашем бытии. Это артикулируется прямо. Но вдумайтесь: наверняка вы встречали такую фразу в околонаучных изданиях: «время ученых одиночек прошло, теперь все реальные разработки можно сделать только тогда, если есть коллектив ученых». Помните, как вам стало немного грустно после того, как вы прочли это и поняли, что это похоже на реальность? Какая-то тоска есть в этой фразе, и в нее не хочется верить до конца. Это из-за того, что вам только что сказали правду — как личность вы теперь бесполезны.

Не ввиду каких-то ваших особенностей, совсем нет, а просто потому, что обществу теперь недостаточна любая личность как таковая. Вы даже не можете ничего исправить в себе, чтобы этого избежать, вы будете недостаточны даже в лучшей версии себя, и так теперь будет всегда, и у ваших детей, и у детей ваших детей.

Одна особенность вас как человека, пожалуй, остается важной — умение встроиться в групповую деятельность, а если у вас не получается, то у нас есть еще 40 кандидатов на вашу должность. Только как элемент группы вы сможете принести реальную пользу в разрешении нынешних проблем, стоящих перед обществом (изобрести вакцину, построить электромобиль, выстроить общественные институты и много чего еще).

Создается впечатление, что демонстративный индивидуализм нынешних веков — это судорожная попытка срочно загипнотизировать самих себя и убедить в том, что личность важна, как и раньше, в то время как на каком-то очень глубоком, слабо осознаваемом уровне нам уже математически доказали, что это преувеличение. И что для реального движения вперед важны группы, методы, институты и коллективный, а не ваш такой индивидуальный, иммунитет.

Но это все полбеды. Мы начинаем терять ощущение самих себя, когда понимаем, что обществу мы нужны только в рамках элементов целого. Люди социальны, и, чтобы ощутить собственную личность как целостную сущность, нам нужен фон в виде общества, возможность выделиться из этого фона и чувствовать себя ведущим по отношению к обществу, а не ведомым. Причем мы должны не просто выделяться на фоне социума своей глупой прической, нам необходимо чувствовать себя в чем-то лучше (в очень широком смысле) групп, в которых мы находимся. Из этого складывается ощущение ценности собственного «я» для окружающего социального мира.

Нас много

Древние греки это очень хорошо понимали и ценили так называемый агональный дух, дух здорового соперничества, который двигает группу вперед. В современном мире никакой агональный дух не имеет смысла.

Каждый Ахиллес в Древней Греции теоретически понимал, что, если он постарается, то сможет стать самым быстроногим в Элладе. Просто общины были не такими большими. Не так уж невыполнимо стать самым-самым быстроногим в полисе на 4000 человек гражданского населения всех возрастов. Но попробуйте стать кем-то по-настоящему ценным в общине на 8 миллиардов человек! А именно в такой общине мы живем, по крайней мере информационно. Всегда найдется более быстроногий, чем вы, и, как следствие, вы никогда больше не сможете испытать свою незаменимость.

Церковь и Божественный образ в человеке

Раньше, пока общество не так сильно отвергало личностную ценность, Церковь прекрасно транслировала идею Божьего достоинства, и человеческое самоощущение «я» не страдало так сильно. Теперь церковный человек рискует навсегда застрять в потребительстве. Там, где Священное Писание давно написано, Святые Отцы уже все сказали, литургии сочинены, все ереси выдуманы, а если вы и решитесь на какое-то творчество, то, пожалуйста, занимайтесь чем-нибудь второстепенным. Основное-то уже устаканилось, и менять мы его не собираемся — в таких рамках вы как личность, со свойственной вам творческой жилкой, не нужны.

Читайте так же:
Почему мужчина молчит на признание в любви. Отношения наизнанку: почему мужчины боятся женских признаний в любви

Вы можете остаться только потребителем готового контента, написанного евангелистами, Святыми Отцами или традицией. Объем контента гигантский, качество неплохое.

Можно интеллигентно потреблять его долго и с умом, но, так или иначе, человек не может обмануть самого себя. Он рано или поздно поймет, может быть, даже не вполне отчетливо формулируя это, что остается потребителем со всеми прелестями жизни потребителя и навсегда потеряет себя как образ Божий.

Никак нельзя осознать в себе хоть какое-то божественное призвание, оставаясь и осознавая себя этим потребителем. От этого, на мой взгляд, гуманистическая психология особенно гладко ложится в сознание людям осознанно и давно церковным. Эти люди слишком пресыщаются потребительской, пассивной жизненной позицией в своих внутренних убеждениях и гаснут в ней.

Община восьми миллиардов душ

Теперь мы социализируемся в группе из 8 миллиардов человек, а не сотни-другой. Как можно выделить и утвердить себя, свою божественную искру, свое «я» из фона такой группы и придать ему ценности? Конечно же, укутавшись в уютную феноменологическую редукцию, предлагаемую гуманистической психологией. А именно — погрузиться в непосредственное переживание аффектов собственного «я», проживая чувства и эмоции, возникающие в этом «я», и, упаси Боже, не принимая никакую общественную оценочность.

Скорее всего, никакой объективной пользы это переживание себя не принесет (хотя может помочь в некоторых очень запущенных случаях), но даст хотя бы ощущение собственной личности как чего-то живого и, возможно, даже ценного. По крайней мере, существующего. А это уже стоит многого в таких условиях, как наши.

Мы хотим знать свою ценность

Все базисы гуманистической психологии, такие как эмпатия по отношению к другим и самим себе или феноменологическое (безоценочное) восприятие, так невероятно хорошо «заходят» потому, что мы ощущаем это способом как-то собрать собственную личность в кучку. Проявиться из фона, ощутить собственную индивидуальность и необходимость показать, что «я» еще есть, и оно воспринимаемо. В условиях, когда социум вдруг перестал давать понимание, как можно все это утвердить в его рамках, а говорит только, что по сути личность ему бесполезна, люди будут терять себя. Именно поэтому происходит такое яркое узнавание «гуманистического направления», выражающегося в «да, так и есть!». Это внезапная встреча самих себя, когда уже не очень-то и ждали.

Растворяющееся, ненужное «я» замечает в гуманистической психологии то, что еще может поддержать его на плаву в этом мире, поддержать Божественную природу нашего «Я» в актуальном звучании. Хотя и ценой некоторого отгораживания от социума в целом и его реальных задач в частности. Именно поэтому для многих (не скажу, что всех) адептов гуманистической психологии важна проповедь самой гуманистической психологии, ее идей и базовых тезисов, а не терапия тет-а-тет где-нибудь в частном секторе с использованием разработанных методик.

Многих зовет миссия, а не терапия: «смотри, ты еще можешь спасти чужие души от смерти и растворения в безразличном обществе, ты можешь оживить других, как бываешь жив сам».

Именно поэтому так часто можно услышать эту или похожие фразы от начинающих практиков гуманистического направления: «Люди! Почему нам этого не рассказывали? Эмпатию и умение выстраивать границы нужно преподавать в школах!». Это все тяга к миссионерству и спасению душ, это хороший признак человека, чувствующего себя живым. От «я никому ничего не навязываю» слишком уж веет замогильной скукой и банальными истинами. Миссионер гораздо приятнее, опаснее, а, следовательно, интереснее как собеседник. А сам миссионер ощущает себя живой личностью, человеком, дающим жизнь другим, а не призраком, скитающимся в безразличном мире изолированных мнений.

Отчасти все закрутилось именно поэтому. Люди хотят стать миссионерами и спасать души, возрождая их. Это очень естественно и нормально. А в век, когда все географические открытия давно совершены, лучше всего для миссионерства им может подойти именно гуманистическая весть.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию